Пресса о страховании, страховых компаниях и страховом рынке

Парламентская газета, 10 июля 2001 г.

После скандала

Судебный процесс над Прокшем, бывшим свинопасом из провинциального захолустья, поднявшимся в верхи венского общества, стал по-своему уникальным. Во-первых, процесс оказался самым дорогим за всю историю австрийской юриспруденции: издержки составили 25 миллионов шиллингов. Во-вторых, решающие факты обвинения были в буквальном смысле подняты со дна морского, с глубины 4193 метра. И, наконец, подобно снежной лавине процесс снял ряд видных австрийских политиков, среди которых были спикер национального парламента Леопольд Грац и федеральный министр внутренних дел Карл Блеха.
...Январским днем 1977 года над Индийским океаном прозвучал сигнал «SOS». Его посылал капитан судна «Лукона», которое после сильнейшего взрыва стало погружаться в пучину. Пятеро матросов и один пассажир погибли. «Пострадавшим» посчитал себя и владелец самой модной в Вене, многие десятилетия называвшейся придворной кондитерской «Демель» Удо Прокш. Заявив, что принадлежавший ему и пошедший на дно сухогруз стоил 212 миллионов шиллингов, он потребовал от страховой компании «Бундеслендер» полного возмещения убытков.
Словно чувствуя неладное, страховщики наняли частного детектива из Зальцбурга. Изучая фрахтовые документы, тот выдвинул сногсшибательную версию: «Лукона» отправлялась из Венеции в Гонконг вовсе не с уникальным оборудованием для дробления урановой руды, как было объявлено ранее. В ящиках находился металлолом, подобранный на свалках. Оставшиеся в живых члены экипажа подтвердили версию детектива, заявив, что не верят в «случайность» взрыва. Однако следствие вскоре забуксовало. В 1983 году федеральное министерство внутренних дел дало указание зальцбургской полиции расследование прекратить, передав государственной прокуратуре в Вене. Сработали связи Прокша в кругах австрийских политиков, частенько собиравшихся в его кондитерской.
И все же дело не осталось без последствий. Парламент создал специальный комитет, заявив в январе 1989 года о причастности министра Карла Блехи к попытке замять дело. Спустя несколько дней тот подал прошение об отставке. Вскоре подобный шаг были вынуждены сделать спикер австрийского парламента Леопольд Грац, крупные полицейские и судебные чины.
Падение высоких покровителей заставило венского «придворного кондитера» пуститься в бега. Вынырнул Прокш на поверхность столь же неожиданно, как и скрылся. Спустя год агенты полиции схватили его в самолете, приземлившемся в венском аэропорту. Не помогло кондитеру и то, что он до неузнаваемости изменил свою внешность.
Очищая манишку, австрийская Фемида теперь уже со всем рвением вела дело. Разоблачая «провалы памяти» 55-летнего Удо Прокша, припирая к стенке его ближайших сообщников, следователи и судьи вели дело к доказательству главного обвинения — организации в целях наживы взрыва, повлекшего за собой гибель людей. Венский суд заключил контракт с американской поисковой фирмой «Истпорт». Экипаж ее судна, оснащенного современными роботами, акустической и видеотехникой, вскоре обнаружил на дне океана расколотый взрывом корпус «Луконы». Находившийся среди поисковиков австрийский судья Ханс Вестербург радировал в Вену: «Видим машинное отделение «Луконы», видим рейку с клеймом фирмы, поставившей Прокшу ящики для груза».
Невиданный судебный марафон достиг финиша весной 1991 года. Удо Прокш был осужден на двадцать лет тюремного заключения. Австрийская общественность сочла это наказание недостаточным. Позже, при пересмотре дела, герой зловещего детектива получил пожизненный срок.
Окончательно же точка в деле, таком характерном для мира наживы, была поставлена в наши дни. После сложной операции на сердце Прокш скончался в палате тюремного госпиталя.

МАШУК И.